Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

pf

(no subject)

А вот насчет подобных рукописей довелось мне с одним серьезным человеком из Тринити за кружкой пива в дублинском пабе беседовать. Он мне сказал типа следующего: "Если нечто выглядит, как утка, плавает, как утка, и крякает, как утка, то, самое вероятное, что это утка и есть. Если все БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ якобы античные рукописи вдруг найдены на чердаке и почти всегда подозрительными по чистоплотности людьми, то самое вероятное, что эти рукописи - подделка. Только не говорите никому, что я Вам это сказал - я не хочу кафедры лишиться".

И им за это ещё и платят. Нет, хорошо всё-таки устроились. Толкинисты, моя прелесть.

pf

(no subject)

этому)

Неуловимо чем-то напоминает американскую пилотируемую космонавтику до "Шаттлов". Там дверцы "Джемини" на рояльных петлях, тут "насяльника, пирамиданама осидаит". Удивительное убожество.

Народ терзается вопросом: зачем всё это было нужно? Приходит в голову такая гипотеза: а чтобы на высших градусах было во что посвящать. Потому что этот мир говно, он туп, уныл и неинтересен, в нём нет никаких таких захватывающих тайн. Значит, надо создать тайны самим. Но выходит всё равно убожество, потому что в убогом мире по-другому не бывает. "Ты должен сделать из говна карамельку, потому что её больше не из чего сделать". Но не выходит из говна карамелька, нет.

pf

(no subject)

Начну с основной методологической предпосылки Вуттона. Он решительно выступает против весьма модной в последние десятилетия прошлого века и теперь еще не потерявшей влияния релятивистской идеологии в истории и социологии науки. Эта идеология покоится на трех китах. Во-первых, это требование никак не опираться на информацию о современном состоянии дел при составлении исторических описаний. (Вообще-то это называется "принцип историзма".) Во-вторых, это отказ от идеи прогресса в целом и концепции прогрессирующей рациональности научного познания в частности. В-третьих, это призыв рассматривать успешные и неудачные заявки на новое знание совершенно на равных и безотносительно к степени их соответствия или несоответствия фактическим данным и, тем более, законам природы. Из этих постмодернистских по своей сути установок вытекает стремление считать научные теории всего лишь предметом веры тех или иных сообществ, а вовсе не более или менее адекватным отражением этих законов. Согласно этой логике, прием или отклонение научных гипотез и теорий мало зависит от их соотношения с объективной реальностью и, прежде всего, определяется социальным статусом и влиянием их защитников. Все эти установки, подчеркивает Вуттон, являются чисто умозрительными изысками некоторых университетских школ (в частности, если говорить о Великобритании, социологов из Эдинбургского университета и Университета Бата) и не имеют отношения к подлинной истории науки. (Зато кудахтанья Вуттона, надо полагать, "умозрительными изысками" не являются и "отношение имеют".)

Ну чё, англичане из Эдинбургского университета дело пишут. Как всегда. Похоже, все основополагающие идеи за последние два века, начиная с дарвиновской эволюции, идут оттуда, из "Болотного королевства". Как говорил Крылов: "Не читайте немцев, читайте англичан".

Начнём "адово" ("от яйца"). Во времена Эйлера интегралы считали правильно, но теория была неправильной, противоречивой. Однако ошибки как-то компенсировали друг друга, и практический результат оказывался верным. Потом была формализация Коши, "эпсилон-дельта", в общем, теорию допилили, и больше с ней проблем нет. Во всяком случае, так сегодня считается. Так ли это на самом деле? Может, дело в том, что в этом скучном, примитивном, давно жёванном-пережёванном матане просто никто копаться не хочет, потому что неинтересно? Но кто гарантирует, что в нём точно нет глубоких внутренних проблем? Вот и Вавилов сомневался (ссылку на его выступление я недавно кидал, а если кто вдруг пропустил — на вот, держи её скорей). Взял он на досуге почитать великого классика, видит — ошибка. Взял другую статью — опять ошибка. Взял третью... и положил на место.

И с восемнадцатого века ничего не изменилось. Чем отличается какая-нибудь "перенормировка" от того "плохого матана" эпохи Эйлера? Или чем "виртуальные частицы" (т. е. частицы, соответствующие внутренним линиям на диаграммах) так уж отличаются от ещё более старинных "эпициклов"? Да ничем, собственно. Такая вот у нас наука. Объяснение этому дал В.И. Арнольд: "Математика — это раздел физики, эксперименты в котором дёшевы". Как надо брать интеграл, правильные приёмы и методы — мы сначала узнаём из опыта. Это "знание, подсмотренное у природы", оно не изобретается, а открывается. А теорию, "объясняющую", почему оно вычисляется именно так, и откуда это следует, подгоняют уже потом. С большим или меньшим успехом. Потом теория может оказаться "плохой" и будет заменена на другую. Или не будет. И так — даже в математике. А от других разделов вы тогда чего хотели?

Но всё это относится к "фундаментальной науке". А ведь есть ещё прикладная, которая реально что-то полезное делает... а делает ли? На самом деле над так называемыми "инновациями" работают вовсе не приваловы из НИИХУЯ, этим занимаются лаборатории крупных компаний и военных организаций. Работа эта жёстко засекречена и потому не имеет отношения к функционированию института современной науки, где предполагается свободный обмен опытом и открытая публикация результатов. То есть инновации — это не "наука" — это тайное цеховое ремесло наглухо закрытых сообществ, ревностно оберегающих свои секреты (и не менее ревностно занимающихся промышленным шпионажем). "Нормальной науке" иногда перепадает с этого стола, но мало и с запозданием. Ни из каких открытых источников вы не узнаете, над чем прямо сейчас работают "Интел" или "Самсунг"; если какая-то информация по теме и найдётся, то она будет описывать состояние дел этак пятилетней давности.

Поэтому прикладная наука на практике ничего не может. Если у какой-то научной темы вдруг обнаружатся коммерческие или военные перспективы, её мгновенно засекретят и передадут "ремесленникам", как это было с исследованиями радиоактивности в конце 1930-х. А "гражданским учёным" останется только хирша друг другу сосать, чем они, впрочем, и так с удовольствием занимаются.

И выходит, что и фундаментальная, и прикладная наука — это всё фальшь, обман, имитация бурной деятельности и пускание пыли в глаза. Что-то типа "научного творчества студентов" — такой же фейк, только уровнем повыше. Зато играет роль современной церквы, со всей положенной таким конторам хуцпой и припиздью. Когда я недавно написал, что институционализация науки была просто побочным эффектом других процессов, я ещё смягчил. Нет, это не просто побочка. То, что возникло — не какая-то там "плесень на трубе" (по выражению Пелевина), а структура глубоко паразитическая. Проку от неё никакого, зато денег, уважения и власти требует как не в себя. Надо что-то с ней делать. Пора браться за поганую метлу. Хватит уже учёным-на-говне-печёным в бложиках трепаться, пусть работать идут.

pf

(no subject)

По мнению советского философа Александра Никифорова, Фейерабенда к созданию теории эпистемологического анархизма толкали его социально-политические убеждения. Он всегда подходил к рассмотрению науки и её методологии с точки зрения гуманизма, счастья и свободного развития всех людей, выступал против духовного закрепощения людей и восставал против науки, когда её догматизация используется как средство такого закрепощения.

Это, на минуточку, про человека, который "вступил добровольцем в СС «по эстетическим соображениям»". Выглядел он как-то так:

Collapse )

pf

Big Data

И к слову, насчёт "всеобщей слежки" и "электронного концлагеря". Я, когда про это слышу, то всегда вспоминаю:

...Мордон же сидел, опершись о бочонок, и под тихое поскрипывание алмазного перышка, которым Демон записывал на бумажной ленте все, что узнавал от колеблющихся атомов, читал о том, как вить кисточки для алебард, и о том, что дочь царя Петриция из Благолонии звалась Горбундой, и что съедал за вторым завтраком Фридрих II, король бледнотников, до объявления войны гвендолинам, и о том, сколько электронных оболочек насчитывалось бы в атоме термионолиума, если бы такой элемент мог существовать, и каковы размеры заднего отверстия крохотной птички, называемой куротел, кою на своих розамфорах изображают Колыхаи Вебединые, а также о трех разновидностях полиароматного вкуса океанического ила на Водоции Приозрачной, и о цветке Любюдюк, что, потревоженный рассветом, валит наповал старофламандских охотников, и о том, как вывести формулу для косинуса угла грани многогранника, именуемого икосаэдром, и кто был ювелиром Фалуция, мясника-левши Лабухантов, и о том, сколько филателистических журналов будет издаваться в семьдесяттысячном году на Моросее, и о том, где покоится тельце Кибриции Краснопятой, которую пробил гвоздем по пьянке некий Дуровалер, и чем отличается Матяжка от Натяжки, и о том, у кого в Космосе наименьшая продольная полольница, и почему блохи с присосками на заду не едят мху, и на чем основана игра, называемая На-качели-сзади-прыг, и сколько было зернышек в той кучке львиного зева, кою пнул ногой Абруквиан Полевитый, когда поскользнулся на восьмом километре альбацерского шоссе в Долине Воздуханий Седоватых, и мало-помалу Мордона начал побирать черт, ибо стало ему проясняться, что вся эта вполне правдивая и во всех отношениях осмысленная информация ему совершенно не нужна, ведь она превращалась в ужасную смесь, от которой разламывалась голова и подгибались ноги.


Ещё Крылов как-то заметил, что втайне следить за населением — это примерно то же самое, что установить камеры видеонаблюдения в коровнике.

pf

Против науки

Навеяно вот этой статьёй о модном насморке.

Автор подспудно пытается отмазать науку как таковую от творящегося непотребства, обвиняя во всём "светские власти". Дескать, это всё политики-суки, а настоящие учёные тут ни при чём. Видно, что он всё ещё верит в Науку. Я же скажу так: а) участвующие в фальсификации учёные в подавляющем большинстве не какие-то мошенники, а полноправная часть научного сообщества, даже когда они цыгане; б) научное сообщество как целое не выступило против этих лжецов и фальсификаторов, а предпочло отморозиться. Это говорит о научном сообществе практически всё. "Вы и убили-с". В смысле, эта ложь лежит виной на всех вас, вы все преступники. Хотя чему тут удивляться. Это ведь далеко не в первый раз. Уже были аферы с озоновыми дырами, с глобальным потеплением, ещё с чем-то там, сейчас вот барановирус. Из нового здесь только масштаб, но это количественное изменение, а не качественное.

Наверное, кто-нибудь скажет, что так называемая "современная наука" как институт пережила свою полезность. Я же, глядя на творящееся одним глазом и посматривая в прошлое другим, задаюсь неизбежным вопросом: а была ли она вообще хоть когда-нибудь полезна? Считается общим местом, что именно науке цивилизация обязана примерно всем: без науки якобы не было бы всего вот этого прогресса. Но мы знаем, что нет на свете большей глупости, чем общие места. Если обратиться к истории, то мы увидим, что прогресс замечательно шёл и до возникновения науки в современном её понимании (да и в любом другом). Эпохальные изобретения типа колеса, бумаги или пороха как-то без неё обошлись. Дальше, "научная революция" тоже началась задолго до оформления института современной науки и делалась людьми весьма сомнительными с точки зрения научной добросовестности. Ньютону, вот, ничто не мешало упарываться по эзотерике и толковать "Апокалипсис". И в более поздние времена тоже встречались интересные личности. Кто будет отрицать вклад Теслы в развитие цивилизации? Но вот эти опыты по беспроводной передаче и тому подобное — это что, циничное шарлатанство или всё же честная упоротость?.. Мы видим, что технический прогресс без "современной науки" вполне обходился всю дорогу — включая, в том числе, и период научной революции.

В общем, истинная роль науки в прогрессе штука мутная, неочевидная и дискуссионная. Если обычно полагают, что появление института науки — причина, а прогресс — следствие, то исторические штудии показывают, что это, мягко говоря, не так. Работает оно как-то по-другому. Я бы со своей стороны предположил, что и прогресс, и возникновение института науки — просто разные проявления некоего одного общего процесса, а именно меметической эволюции. Так вышло, что несколько веков назад в определённой части света сложились определённые условия для развития определённых мемов — как следствие, их эволюция резко ускорилась и привела к возникновению новых идей, теорий и машин, изменивших лицо цивилизации. Становление института науки было здесь побочным эффектом. Как жизнь в ходе своего развития меняет среду обитания, так и эволюционирующие мемы тоже меняют свой "вмещающий ландшафт" — то есть человеческие умы и социальные структуры, в которые соединены носители этих умов. При этом изменение среды необязательно является полезным для эволюционирующих сущностей. Оно может и нейтральным (т. е. совершенно бесполезным), и сугубо вредным (тут нетрудно накидать примеры из биологической эволюции; пожалуй, самый эпический — кислородная катастрофа два с половиной миллиарда лет назад). И к какому из этих трёх типов принадлежит возникновение "современной науки", вопрос интересный. Наблюдения наводят на определённые, скажем так, мысли...

Кто-нибудь здесь скажет: что за бред, наука по определению полезна для прогресса, иначе не может быть, потому что не может быть никогда! Я на это напомню, что в период самого бурного развития физики в 1920-х и близко не было такого количества квалифицированных специалистов и исследовательских организаций, как в 1970-х, но "неприятности с физикой" начались именно в 70-е, когда система достигла расцвета. С тех пор она продолжала расти, но с практическим выхлопом от неё становилось всё хуже и хуже. И если кто-то считает, что это относится только к одной области, то он заблуждается: в других областях всё ещё хуже. Вот так обстоит в математике, например. О совсем грустном — биологии и медицине — уж не будем... Конечно, "после того" не значит "вследствие того", но корреляция налицо: пик развития института науки совпадает с кризисом знания, которое этот институт как бы призван добывать. Как-то вот так получается, почему-то.

Что до социальной роли современной науки, то текущее беснование её хорошо высвечивает: наука давно и прочно заняла место церкви. Аналогия, если вдуматься, точнейшая. Что мы видим? Некую систему. Внутри системы — редкие фанатики и основная масса из "атеистов-карьеристов". Вне — толпы агрессивных верующих, готовых рвать "еретиков" и "ведьм". За счёт чего система существует? За счёт того, что служит подстилкой светской власти, которая её обедает и танцует. Короче, я не вижу особой разницы между этими сортами, ну разве что у воцерковленных вместо "догмата о Троице" теперь "критерий Жоппера", но это так, мелкие стилистические отличия.

pf

Против меритократии

Отечественные "благородные мужи" считают меритократию чем-то несомненно необходимым, буквально не обсуждаемым, чем-то, что обязательно должно быть реализовано. Их можно понять, но они, конечно, ошибаются. Не будем сейчас о том, что меритократия неосуществима на практике, а если, паче чаяния, и осуществится, то неизбежно коллапсирует к стандартному общественному устройству — верхушка быстро остановит социальные лифты и превратит себя в замкнутую касту с наследственной передачей собственности и власти. Не будем и о неочевидных внутренних проблемах меритократии, вроде тех, о которых говорилось в "Принципе Питера". Речь пойдёт о том, что меритократия порочна сама по себе, как принцип. Она считается наиболее близким к идеалу справедливости общественным устройством, но на деле не является ничем подобным.

Начнём с того, что понимать принцип меритократии можно двояко: это либо возвышение "по заслугам", либо "по способностям". Рассмотрим первое. Если предполагается, что положение человека в обществе определяется его реальными заслугами, то сразу возникает вопрос: а судьи кто? Не существует никакого способа объективной оценки заслуг, потому что сами заслуги необъективны. Кто-то лично будет решать, что является заслугой, а что нет, и решать он будет исходя из своего вкуса. Следующий момент: всегда будет присутствовать некоторая неопределённость насчёт того, насколько данная заслуга на самом деле принадлежит тому, кому её приписывают. Не получится ли как обычно — "уравнение Гильберт вывел, а памятник Эйнштейну поставили"? (Спойлер: именно так всё и будет.) Наконец, непонятно, насколько заслуга является именно заслугой, а не результатом везения. Единичный успех на самом деле ничего не говорит о личных качествах того, кто его достиг, и даже цепочка успехов тут ничего не доказывает (вспоминаем определение "великого полководца" по Гровсу-Ферми). В общем, если немного подумать, метод "возвышения по заслугам" довольно неудачен, если не сказать хуже.

Другой способ — возвышение по умственным способностям — известен нам из китайской истории. Несмотря на то, что там экзаменационная система никогда не работала как полагается, современные сторонники меритократии всё же надеются, что уж сейчас-то, наверное, можно как-нибудь извернуться и всё реализовать должным образом. Однако проблема не только в несовершенствах системы и возможных злоупотреблениях. Экзамен принимает всегда конкретный человек, оценку он ставит самовольно и, в конечном итоге, на основании того впечатления, которое произвёл экзаменуемый — то есть насколько он понравился. Здесь де-факто работает няш, а не что-нибудь ещё. И это фундаментальный принцип всякого экзамена.

Ну хорошо, можно постараться исключить из процесса личный момент, заменив устные экзамены на письменные тесты. Кто в таком случае покажет наилучшие оценки? Очевидно, те, кто лучше всего умеют сдавать подобные тесты. Но насколько это их заслуга — то, что у них это получается лучше других? Другие могут приложить к подготовке намного больше усилий, но всё равно отстанут по оценкам — потому что у них мозги под это хуже заточены. Но в чём тут их вина — и в чём заслуга получивших высшие баллы? Просто кому-то повезло родиться именно вот таким, с такими особенностями функционирования нервной системы, что решение вот такого типа заданий даётся ему легче, чем другим. Здесь нет никакой заслуги — просто выигрыш в генетическую лотерею. Но позвольте, а чем это отличается от других ситуаций подобного выигрыша? Скажем, когда самки вешаются на шею chad'ам, это вызывает взрыв возмущения у умных и образованных, хорошо сдающих тесты благородных мужей — которых оные самки игнорируют. Но это ведь по сути та же самая ситуация: отбор по некоему врождённому признаку, который невозможно скорректировать никакими личными усилиями, и выделение благ сугубо тем, кто этим признаком обладает. Выбирать тех, у кого хорошо получается решать тесты, ничуть не более морально и справедливо, чем тех, кто, к примеру, наиболее популярен у женщин, или лучше всех умеет пинать мячик, или, скажем, способен выпить больше других.

Вот в этом вся подноготная меритократии: она в любом возможном случае сводится к отбору по врождённым признакам, на которые никак нельзя повлиять — будь это отбор по няшности (как в "стандартном обществе") или по чему-то другому ("решать тесты", "пинать мячик", "мучмарить фонку"). А что делать тем, кому с генами не повезло? Скомпенсировать упорным трудом ничего не выйдет. Если у тебя нет врождённого таланта, ты можешь гонять мячик часами и каждый день, хоть до посинения, но тот, у кого к этому делу генетическая предрасположенность, если только захочет, легко, быстро и навсегда тебя обойдёт, затратив лишь малую долю от твоих усилий. Меритократия (если бы она была возможна) на практике оказалась бы ничуть не лучше "стандартного общества".

Конечно, выбор в пользу той или иной социальной системы зависит от того, что именно от неё требуется. Это всегда надо уточнять. Рассуждения выше строились на том, что требуется пресловутая справедливость, и меритократия на поверку оказалась весьма несправедливой системой. Есть ли предложения получше? Я бы сказал так: пожалуй, наиболее справедливым, а точнее, наименее несправедливым социальным устройством из реально возможных можно было бы счесть то, которое принято (или раньше было принято, или якобы было принято) в японских компаниях — то есть "выслуга лет". С точки зрения справедливости ничего оптимальнее не придумать. (Точнее, придумать-то можно — сделать нельзя.) Каким бы малокомпетентным, серым и непритязательным ты ни был, по прошествии определённого времени ты всё же повысишь свой статус — займёшь более высокую должность, с большим доходом. Однако в наших условиях переход на такую систему потребовал бы полной переделки всей системы общественной морали: чтобы выпячивание своего драгоценного "я" стало считаться неприличным, а успех конкретного сотрудника записывался бы на счёт всего коллектива, по принципу "добыча охотника принадлежит племени". В "западном мире" (включая Россию) такое преобразование видится абсолютно невозможным.

pf

(no subject)

Митраисты, моя прелесть:

...радиопеленгационный метеорологический комплекс РПМК-1 называется «Улыбка», термобарическая ГЧ 9М216 – «Волнение», 240-миллиметровый реактивный снаряд МС-24 с химической БЧ – «Ласка», 122-миллиметровый реактивный снаряд 9М22К с кассетной БЧ – «Украшение». Отдельного упоминания заслуживают автомобиль УАЗ-3150 «Шалун», корабельная РЛС МР-352 «Позитив» и 23-миллиметровая резиновая пуля «Привет». К этой же серии можно отнести бронежилет «Визит», гранатомет-лопату «Вариант», игривую пехотную лопатку «Азарт», наручники «Нежность» и светозвукошумовую гранату многократного действия «Экстаз»...

pf

(no subject)

Интересно, что у понятия "конспирология" нет нормального обратного термина. Борцуны с конспирологией так и не удосужились себя как-то назвать. (Значит, назовут их.) Можно было бы использовать термин "официоз", но он слишком официозный.

Официоз чем-то напоминает парадокс Ферми: в нём тоже есть "Лебедь, Рак и Щука" — фундаментальное внутреннее противоречие. Дело в том, что он строится на трёх принципах, два из которых никак не проговариваются явно, но подразумеваются как необходимые.

Во-первых, принцип реализма: этот мир действительно существует, он не сон, не иллюзия и не симуляция, и всё, что происходит, происходит на самом деле.

Во-вторых, принцип рационализма: политические субъекты действуют достаточно рационально и преследуют свои интересы, и сам политический процесс тоже достаточно рационален, управляем и умопостижим. В общем, "Люди работают", но в хорошем смысле.

В-третьих, принцип антиконспирологии: "не тайная ложа, а явная лажа", нет никаких масонов, а если и есть, то они ни на что не влияют, происходящее — не дурной спектакль, наблюдаемые политические субъекты — не клоуны, а действительно те, за кого себя выдают, и они действительно верят в то, что делают. Только этот принцип высказывается явно — в нём заключён весь пафос официоза.

Итак, три принципа: реализм, рационализм, антиконспирология. Как говорится, выберите любые два.

В сущности, обычные конспирологи просто пытаются "спасти" второй принцип за счёт отказа от третьего. Я недавно попробовал "спасти" третий за счёт второго. Вариант отказа от реализма обсуждать уж не будем: из него можно вывести всё что угодно.

pf

Sea Power и философия случайности

В продолжение темы.

Можно ли хоть как-то — трудом, потом, кровью, медикаментами — исцелить этот страшный недуг родины — землеёбство? Если быть честными с самим собой, то ответ отрицательный, конечно.

Во-первых, "нет людей". На всю страну три с половиной человека что-то понимают.

Во-вторых, ни у одного из них нет шансов оказаться у власти.

В-третьих, даже если они окажутся у власти, то всё равно не смогут построить правильные кораблики. Дело в том, что даже самые прожжённые флотофилы умственно пребывают в убожестве и терпильстве. Обычная мантра "Нимиц избыточен" — это показывает уровень. Почему избыточен, кто и как это считал? А избыточен и всё. Просто сама мысль хоть в чём-то сравняться с американцами (даже не превзойти) вызывает религиозный ужас. Авик на 40-50 кт они готовы рассматривать, на 60 — ещё куда ни шло, 70-75 кт — предел допустимого, но 100 кт — это всё, харам и ересь.

То же самое у них отношение и к количественному вопросу. "Нам никогда не сравняться с ними в численности, кококо" — и эта мантра каким-то удивительным и непостижимым образом сочетается с предыдущей. Не противоречит ей, как можно было бы подумать, но усиливает её. Ведь логически правильное рассуждение какое? Хорошо, пусть у нас нет средств на флот даже в половину американского, но ведь это значит, что каждая единица должна быть наивысшего возможного качества. То есть японцы с "Ямато" были правы — если есть возможность на десять вражеских линкоров строить только один, то он должен быть наимощнейшим. Иначе какой смысл вообще? У нас же флотофилы стремятся урезать возможности корабля как можно сильнее — ну чтобы точно никаких шансов против вражеских не было.

В общем, даже окажись они на своём месте, эти люди не сумеют сделать всё правильно. Это было в-третьих.

В-четвёртых, даже если они смогут построить правильные кораблики, то всё равно не смогут их использовать надлежащим образом. Какие у них взгляды на этот вопрос, известно: "авианосец ПВО", "береговая боборона" и "прикрытие развёртывания РПКСН" — тоже показывает уровень.

Вот как-то так. И если приход таких людей к власти хотя бы теоретически мыслим (кто только к ней не приходил за богатую чел-овеческую историю), то остальные пункты целиком и полностью стравят крест на шансах России на правильную военно-морскую стратегию. Потому что здесь речь идёт о взглядах и мнениях людей — то есть, в конечном итоге, о чувствах, которые задают эти самые взгляды и мнения и определяют поведение. А чувства — и, как следствие, поведение — определяются генами. Есть данный набор генов: он делает возможными одни типы поведения и невозможными другие. Причём эта невозможность носит чисто математический характер — она абсолютна. Два плюс два всегда дают четыре, если вдруг получилось пять, то где-то ошибка, на самом деле там этого нет и не может быть. Набор генов формирует программу, имеющую математические ограничения. Программа может выдавать результаты определённого типа или ошибку в случае неопределённого поведения в каком-то месте, но некоторые типы результатов она выдавать не может. И не выдаст, сколько ни жди. Если Есть Одна Тня — она никогда не полюбит хиккана, это исключено генетически. Если человек генетический землеёб — он не перестанет им быть никогда. Если флотофил генетический терпила — он не сумеет правильно обращаться с таким инструментом, как флот. "Математически невозможно". Тут разве только в ИТИ отправлять, на перепрошивку или в биореактор.

Хотя, на самом деле, некие шансы есть. Работа компьютера, в том числе и белково-нуклеинового, всё же процесс физический, а не математический. И это открывает двери Случаю. Напомню, что в центре современной научной парадигмы лежит именно Случай. Физика — царица наук (непризнанная), царица физики (признанная) — квантовая механика, а она вся основана на случайности — на абсолютно непредсказуемых флуктуациях как основном принципе существования мира. Вещество не разваливается на составные части лишь благодаря тому, что электроны и протоны в атомах за счёт флуктуаций — то есть случайно — испускают виртуальные фотоны и, обмениваясь ими, стремятся друг к другу; подобным же занимаются протоны и нейтроны в ядрах и кварки в протонах и нейтронах. Атомные ядра в погасших звёздах благодаря флуктуациям постепенно превращаются в железо; за счёт флуктуаций испаряются сверхмассивные чёрные дыры; а если ещё подождать, то однажды в пустоте случайно возникнет и "больцмановский мозг". Даже само появление этой вселенной — так называемый "Большой взрыв" — считается флуктуацией. Всем правят богиня Фортуна и Повелитель Перемен, её муж и господин. Поэтому надо лишь подождать — и небываемое сбудется.

Исполнение генетических программ тоже не обходится без случайных сбоев. Там одна флуктуация переключила синапс, тут другая погасила возбуждение, здесь третья... В принципе, можно помыслить и такую достаточно длинную и сложную последовательность флуктуаций, которая могла бы вопреки всяким генам временно модифицировать поведение тни, превратив её на несколько недель или месяцев (сколько там ему нужно для счастья?) в по-настоящему любящую нашего хиккана ламповую няшу. Или такую последовательность флуктуаций, которая перепрошила бы мозг власть имущего, за ночь превратив его в убеждённого флотофила с правильным пониманием. "Просто так совпало", шумы выстроились в механизм, взявший управление на себя на нужный срок. Ну примерно как кот Сямисен, который, по его собственным словам, просто издаёт случайный набор звуков, который случайно совпадает с осмысленной человеческой речью.

ПроМблема тут в том, что такая последовательность флуктуаций по своему шансу на выпадение сродни "больцмановскому мозгу". Ждите, ага. Поэтому в реальности тня никогда не полюбит хиккана. Однако ж с флотофилией всё не настолько безнадёжно. Власть имущие могут быть стопроцентными землеёбами, но они действуют не по прихоти, а в ответ на внешние стимулы, на те обстоятельства, которые предлагает им мир. Можно помыслить последовательность политических случайностей, которая заставила бы правительство действовать совершенно правильно, несмотря на личные убеждение составляющих оное правительство членов и ваг. То есть, в нашем случае, строить правильные кораблики и правильно их применять, несмотря на собственные мнения на этот счёт. Они были бы вынуждены действовать именно таким образом — "при всём богатстве выбора другой альтернативы нет". Такая последовательность флуктуаций выглядит куда вероятнее, чем "перепрошивающая мозг" — речь уже не о десяти в минус миллионной, а, скажем, о десяти в минус пятидесятой. И ещё умножить на вероятность прихода правильных людей к власти (скажем, десять в минус десятой). Итого в одном из 1060 возможных миров всё будет сделано как надо. Дай-то Тзинч, чтобы мы жили именно в нём, ага.

Это был текст не столько даже о корабликах. Те же рассуждения можно отнести и к более общим вопросам: например, к тому, "как нам обустроить Россию" и возможно ли оно вообще. Ответ мы получили. "Нет нужных кадров" — образованных, революционеров разумных и при этом чётких и дерзких — по-настоящему, а не в лицемерно-гопническом смысле. И, конечно, флотофилов, потому что землеёбы исторически проигрывают всегда. А вероятность того, что внешние условия заставят неправильных людишек поступать правильно и чего-то достигать вопреки их естеству, можно прикинуть, что я и проделал выше. Такие дела.

Collapse )