foxhound_lj (foxhound_lj) wrote,
foxhound_lj
foxhound_lj

Category:

Общество ненависти

Есть общепринятая истина, что добрым русским людям недостаёт национальной сплочённости и склонности к самоорганизации. Одним словом, "любви к ближнему", выражаясь архаичным языком, "и поэтому у нас всё так". Как и любая общепринятая истина, она верна с точностью до наоборот. У добрых русских людей избыток любви к ближнему и недостаток ненависти к нему же. В этом их беда.

Представим общество, где все друг друга ненавидят — или, по крайней мере, сильно не любят. Это не значит, что они всё время бросаются друг на друга с кулаками и орут, наоборот, такие люди в быту довольно вежливы, поскольку непрерывная агрессивность слишком утомляет; но они друг друга не любят, то есть никогда никому ничего не забывают и не прощают, и мстят при первой возможности.

Рассмотрим какую-нибудь организацию, составленную из подобных людей. В ней действует "вертикальная круговая порука", как я это называю. Стоит одному из сотрудников серьёзно накосячить — его, конечно, уволят, но вместе с ним уволят его начальника, и начальника его начальника. Руководству будет приятно наказать провинившихся, и коллегам наказанных тоже будет приятно, а подчинённым наказанных будет ещё приятнее. Правда, увольняемые напоследок могут хлопнуть дверью, перед уходом сильно нагадив — за это ещё кого-нибудь накажут. В таких случаях работает эффект домино.

Поэтому любому начальнику волей-неволей придётся уделять большое внимание "микроменеджменту": то есть постоянно изучать, что там происходит у подчинённых, как идёт работа, какая в целом обстановка в коллективе — и вмешиваться по мере надобности. Для организации это будет полезно. Сравним-ка с нашей текущей реальностью, где начальник легко может всё оставить на самотёк и забухать, например. В обществе ненависти так не получится, работать придётся и начальнику. Фундаментальное отличие от нашего общества здесь в том, что у нас начальство представляет собой замкнутый мирок друзей-родственников, которые покрывают друг друга и ответственность за свои ошибки сваливают на нижестоящих; тогда как в обществе ненависти начальство связывают только деловые отношения. Блат не работает, родственникам помогать не принято, друзей почти ни у кого нет, поэтому продвижение по службе будет в основном меритократическое, по способностям и заслугам.

Дальше. В текущей реальности начальство с удовольствием идёт на повышение, потому что это означает ещё больше денег и ещё меньше ответственности. В обществе ненависти повышение означает в первую очередь умножение числа подчинённых, за которыми придётся следить (иначе накосячат, а потом за них отвечать). С какого-то момента на контроль уже не хватит времени и сил — и тогда придётся смириться с этим и жить под дамокловым мечом крупной ошибки, которую однажды допустят подчинённые, а ты ответишь за неё по всей строгости. Другая проблема связана с выходом за пределы компетентности. Если на новой должности начальник не совладает с новыми для него обязанностями, рано или поздно он допустит крупную ошибку — тогда его накажут; и, вдобавок, его новые подчинённые, раскусив, что он некомпетентен, примутся подставлять его по мере сил (напомним, что все эти люди друг друга не любят, а уж начальство глубоко ненавидят, просто за то, что оно начальство). Поэтому люди общества ненависти часто будут сопротивляться своему повышению, ибо ответственность растёт быстрее выгоды. Это в какой-то степени скомпенсирует "принцип Питера", действующий для меритократических систем. Что тоже будет полезно для организации.

Словом, структуры и институты общества ненависти более эффективны, чем их аналоги в нашем "обществе любви к ближнему". Другой вопрос — кто извлечёт из этого выгоду. У нас, как известно, не имеет смысла повышать эффективность чего бы то ни было, так как шишку держат многонационалы, и чем эффективнее станет работать ванятка, тем им будет слаще. Подлинная причина "этой странной экономической модели" в том, что любовь к ближнему на самом деле убивает всякий национализм. Если доброму русскому человеку приятен "товарищ Валера", то ничто не помешает ему полюбить и "друга Гиви". Национализм — слишком абстрактная концепция, людям она не по уму, в быту работают только личные связи, peer-to-peer, и "своими" люди способны воспринимать лишь тех, с кем общаются лично, а не "весь мой народ". Про себя человек может думать что угодно, в том числе и то, что он убеждённый националист, но на практике это не помешает ему приятельски общаться с понятно кем; и когда до дела дойдёт — можно не сомневаться, он за "друга Гиви" порвёт (жопу, себе).

Человек общества ненависти родственников и свой народ ненавидит — но инородцев он тогда вообще за людей не считает. Для него это такая мебель. Враждебность инородцев вызовет у него вспышку ярости: ладно соплеменники, они делают мне зло, потому что скоты все, и я плачу им той же монетой, но здесь... это что вообще?! Говорящая тумбочка на меня прыгает? Это станет для него экзистенциальным оскорблением, примерно как восстание рабов для римского патриция. Общество ненависти — общество крайнего национализма и шовинизма. В нём многонационалу будет затруднительно проехать на горбу ванятки в рай.

Общество ненависти отличается повышенной устойчивостью к няшу. Как и у нас, всякое влиятельное лицо, встретив няшу, первым делом испытает подспудное желание сделать ей что-нибудь хорошее. В нашем обществе — сделает, но в обществе ненависти у лица возникнет мысль: а почему это, собственно, я хочу сделать няше нечто хорошее? Ведь это мне не свойственно, я вообще не привык делать людям бескорыстное добро. Только потому, что она няша? Да, только поэтому. Потому что ей повезло родиться красивой, общительной и приятной. А не много ли ей чести? И чтобы я, ничем таким не обладающий, взял и подарил ей что-то просто так? Да хренушки ей. Пусть довольствуется своим выигрышем в генетическую лотерею.

Общество ненависти является "обществом зла" не в большей степени, чем общество любви. Любовь к ближнему не означает отсутствия или избегания зла. Зло есть в людях всегда, и они не могут его не проявлять. В обществе любви это означает лишь то, что люди будут делать зло не "ближним", а "дальним", тем, кто не входит в круг "своих". Если, скажем, человек общается с некоторым количеством других людей, из которых половину считает "своими" — всё зло достанется другой половине. Практически это означает, что взаимодействие с более влиятельными людьми, не считающими вас "своим", делает вас мишенью для их издевательств. А избежать такого взаимодействия нельзя, всегда ведь есть начальство. А оно, как было сказано выше, объединено в клубок родственников и друзей, в который вы не входите, следовательно, вы чужой для них, "вас можно", и они будут это делать. Общество любви к ближнему — общество тотальной дедовщины. В обществе ненависти социальное зло распределяется более равномерным образом, там никто от него не защищён, потенциальной мишенью являются все. Поскольку от зла избавиться невозможно, общество ненависти лучше общества любви тем, что более справедливо.

Ещё можно предположить, что в обществе ненависти любят животных. У людей есть потребность любить, а коль скоро себе подобных любить не хочется, вся любовь достанется котикам.

Итак, у нас получились не кто иные, как идеальные англичане, как их воображают наши властители муд (к настоящим англичанам из любого класса не имеющие, конечно, ни малейшего отношения). Только такой народ и сможет создать империю, над которой не заходит солнце, да-с.


З.Ы. Критики могут усомниться в устойчивости общества ненависти: не развалится ли оно от этой ненависти всех ко всем? Нет, не развалится. Не надо забывать, что у людей обычно нет выбора. Им приходится как-то мириться с обстоятельствами, потому что изменить их они не в силах, да и воли на это нет. В США фрустрированных людей миллионы, но стрельбу в общественных местах открывают единицы. Люди в большинстве своём как-то терпят. Тут к месту вспомнить пелевинский образ общественного договора:

— Когда шесть миллиардов Мюнхгаузенов крест-накрест держат за яйца друг друга, миру ничего не угрожает.
— Почему?
— Да очень просто. Сам себя Мюнхгаузен может и отпустить, как вы правильно заметили. Но чем больней ему сделает кто-то другой, тем больнее он сделает тем двум, кого держит сам. И так шесть миллиардов раз.


В обществе любви к ближнему люди держат друг друга не столько за яйца, сколько за залупы, и дрочат друг другу; я же предложил на рассмотрение общество, где бы они держали друг друга преимущественно за яйца.

Tags: софистика, социология
Subscribe

  • (no subject)

    ( отсюда) Наверное, можно любое человеческое действие разделить на две составляющих: гуманитарную ("политику") и техническую ("управление"). Чем…

  • (no subject)

    ( отсюда) «Вакцинация помогает остановить старение». Класс! «Фотокарточка заряжена на любовь, доллары и долгое хранение овощей». Есть ведь и…

  • (no subject)

    Вот, кстати, Сапа воспроизвёл свой древний пост, в котором, как он думает, изложено железное возражение против всякой конспирологии. Спойлер: на…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments