foxhound_lj (foxhound_lj) wrote,
foxhound_lj
foxhound_lj

Categories:

Он падал спиной в бездонную глубь, прочь от крыс. Он всё ещё был пристёгнут к креслу, но проваливался сквозь пол, сквозь стены здания, сквозь землю, сквозь океаны, сквозь атмосферу, в космос, в межзвёздные бездны — всё дальше, прочь, прочь, прочь от крыс. Его отделяли от них уже световые годы, хотя О'Брайен по-прежнему стоял рядом. И холодная проволока всё ещё прикасалась к щеке. Но сквозь тьму, объявшую его, он услышал ещё один металлический щелчок и понял, что дверца клетки захлопнулась, а не открылась.

И вечность спустя до него донёсся голос.

— Поздравляю, Уинстон, — сказал О'Брайен. — Вы сдали экзамен.

— Теперь меня расстреляют? — прошептал Уинстон с надеждой.

— Конечно, нет. Если бы мы расстреливали всякого, прошедшего комнату сто один, мы бы остались без кадров.

— Вы?

— Внутренняя партия. Теперь вы один из нас.

— И что теперь будет?

— Вам расскажут правду, — сказал О'Брайен. — Нет-нет, забудьте ненадолго, чему вас здесь учили, — добавил он, увидев замешательство Уинстона, — ведь этому вас тоже научили. Вам расскажут настоящую правду, иначе вы не сможете выполнять свои функции. Потом вы станете мной. Потом вы состаритесь и умрёте. Хотя, может быть, вам повезёт дожить до Того Дня. Или не повезёт дожить — как посмотреть... Теперь задавайте вопросы.

Уинстон молчал. Он понимал, что здесь и сейчас всё зависит от него, от того, усвоил ли он преподанные ему уроки, иначе крысы могут вернуться, но мысли его сами словно крысы разбежались, и он не мог, не умел, боялся поймать хоть одну.

— Где Джулия? — неожиданно для самого себя спросил он.

— С ней всё в порядке, — ответил О'Брайен, — она тоже сдала экзамен. Она будет с вами — если захотите. Там же, где будете вы.

— А где буду... — начал Уинстон, но не смог закончить вопроса.

О'Брайен покачал головой.

— Задавайте более серьёзные вопросы, Уинстон. Правильный вопрос не "где". Правильный вопрос — "когда". Сейчас не двадцатый век, как вы думаете, а двадцать пятый. Население Земли не достигает и миллиарда человек — больше ей не прокормить. Океания ведёт войну уже более полутора веков, и конца ей не видно. Но рано или поздно она закончится.

Вижу, что вы не верите. Считаете это ещё одной уловкой. Это не уловка. Вы сами знаете, что памяти нельзя доверять, вы сами занимались изготовлением фальшивок и уничтожением свидетельств. Уверить людей в самом невероятном, или заставить их не видеть невероятное в упор — нет ничего проще.

— Но если сейчас двадцать пятый век, то почему... почему, например, наша техника так...

— Примитивна? Да, она куда примитивнее, чем была несколько веков назад. Всё началось в 2101 году, когда на Луне обнаружили следы инопланетян. Это была автоматическая обсерватория, которая наблюдала за Землёй как минимум несколько миллионов лет. Точнее, её руины. Дальнейшие исследования показали, что она самоуничтожилась где-то в середине двадцатого века. Как предполагали, она среагировала на ядерное испытание или запуск космической ракеты, после чего подорвала себя. Хотя перед этим она могла послать сигнал своим хозяевам. Наверняка послала. Но в те времена об этом почти никто не задумался. Обнаружение того факта, что мы не одиноки во Вселенной, стало сенсацией, но быстро всеми забылось. У людей были более насущные дела, чем размышления об иных цивилизациях.

Следующий акт имел место в 2184 году, когда у одной из солнцеподобных звёзд в ста с лишним световых годах от нас появилась яркая линия в инфракрасной части спектра. Излучение было когерентным. Сразу же предположили, что это работа какого-то лазерного устройства, разгоняющего межзвёздные парусники по направлению к Земле. Параметры их движения удалось установить только в 2232 году, когда парусники раскрыли свои магнитные парашюты и принялись тормозить, а возникшее при этом рентгеновское излучение достигло Земли. Как оказалось, они летели со скоростью, равной половине скорости света, и должны были прибыть в Солнечную систему в начале двадцать пятого века. Никаких сигналов от них не исходило, поэтому их намерения были неясны.

Поскольку прибытие должно было состояться почти через два века, никто не придавал ему значения. Двести лет — слишком долгий срок для планирования. У великих держав были более актуальные проблемы, чем подготовка к встрече представителей иных цивилизаций. Тогда ещё никто не знал, что перед началом торможения от кораблей пришельцев отделились снаряды. Они продолжали полёт на половине световой скорости и прибыли к нам в конце двадцать третьего века.

Снаряды были простыми болванками, они ничего не излучали и оставались невидимыми для землян. Но вблизи от Солнца плотность космической среды возрастает, вероятность встретить пылинку или песчинку увеличивается, и такое столкновение уничтожит снаряд, а вспышку можно будет увидеть на Земле.

Засечь снаряды удалось всего за сутки до удара. Тогда на планете господствовали — вернее, оспаривали друг у друга господство — три сверхдержавы: Амеропа, Индокеания и Пацифика. Ни одна из них не успела что-либо предпринять. 20 сентября 2295 года снаряды достигли Земли.

Их было не меньше нескольких сотен, и каждый по кинетической энергии соответствовал пятисотмегатонной бомбе. Бомбардировка длилась двое суток, и за это время почти вся инфраструктура и большая часть населения погибли. Цивилизации и биосфере был нанесён колоссальный ущерб. Почвенный слой был сожжён вспышками снарядов, а потом смыт ливнями, когда испарившаяся при бомбардировке вода стала конденсироваться и выпадать на землю. В стратосферу поднялись миллионы тонн пыли, поглощавшей излучение Солнца, и на несколько лет пришла зима. Остатки человечества влачили жалкое существование на сожжённой бесплодной планете. От девяти миллиардов человек к началу двадцать четвёртого века осталось меньше пятидесяти миллионов.

Но государства куда устойчивее людей, Уинстон. Отдельный человек жалок и беспомощен, ничего не стоит его уничтожить. Уничтожить государство очень трудно, а если оно готово к войне, то почти невозможно. Административные системы и военные машины Амеропы, Пацифики и Индокеании пережили Удар — они ведь изначально готовились к мировой войне, а в резервах было запасено огромное количество ресурсов. За несколько лет правительства трёх держав восстановили свою власть сначала над столичными регионами, затем над ключевыми точками на своих территориях, а затем и над территориями целиком. Сепаратистские образования и банды были уничтожены — у банды нет никаких шансов против отмобилизованного государства. К середине двадцать четвёртого века Амеропа, Индокеания и Пацифика — теперь они назывались Океания, Евразия и Остазия — занимали почти те же границы, что и до Удара. Но население и промышленность не достигали и одной десятой тогдашнего уровня.

Удар произвёл сильнейшее впечатление на власти трёх держав. Они поняли, что инопланетные корабли летят к ним не с мирными целями. Они собираются завоевать Землю. Из этого были сделаны определённые выводы. Какие, Уинстон?

— Необходимо объединиться? Дать отпор?

— Какая глупость. Мы ничем не можем им противостоять. Мы слишком ничтожны. При желании они сотрут нас в порошок. Но они не собираются нас стирать. Они собираются завоевать нас. А история показывает, что завоеватель всегда опирается на местное население. Иначе у него не хватит сил, чтобы держать всё под контролем. Для этого нужны коллаборационисты. Но кого он выберет в качестве проводников своей воли? Кого, Уинстон?

— Я не знаю. Тех, кто это лучше сумеет?

— Верно. Тех, кто сумеет это лучше прочих. Но кто сумеет лучше контролировать Землю — мы, Евразия или Остазия? Мы господствуем на море и препятствуем их господству — у нас глобальная система коммуникаций. Но у нас нет подходящих плацдармов рядом с их сухопутными границами. Их промышленная мощь превосходит нашу. Кого выберут те, кто скоро прибудет на Землю? Они уже почти век в Солнечной системе. Почти век, Уинстон! Но мы по-прежнему ничего о них не знаем. Кто они? Что им нужно? Чего они ждут? Нам остаётся бесконечно сражаться на море, на суше и в воздухе, то с Остазией, то с Евразией, то с обеими сразу — ради того, чтобы занять на этой планете чуть более выгодное положение. Тогда, быть может, Они выберут нас. Это всё, на что мы смеем надеяться. Всё, что мы делаем — мы делаем ради этой надежды. Теперь это и ваша надежда, Уинстон. У вас всё равно нет выбора.

***

— Я предала тебя, — сказала Джулия, ковыряясь вилкой в отменно прожаренном рябчике.

— Я предал тебя, — сказал Уинстон, нерешительно разрезая ананас.

— И теперь нас больше нет, — сказала Джулия. — Теперь мы их вещи.

— Нет, — сказал Уинстон, — теперь мы такие же, как они. Мы не вещи. Мы... партнёры.

— Верно, Уинстон, мы партнёры, — сказал Старший Брат с телекрана.

Tags: sci-fi, литература
Subscribe

  • (no subject)

    Лайт популярен у женщин всех возрастов: ( написано "Кира-Кира") (На самом деле это из "Uramichi Oniisan".)

  • (no subject)

    Вот кто должен был бы озвучивать лису Алису в экранизации ЗК: В параллельной вселенной.

  • (no subject)

    Наконец-то я понял, что имелось в виду под "океанами из лимонада".

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • (no subject)

    Лайт популярен у женщин всех возрастов: ( написано "Кира-Кира") (На самом деле это из "Uramichi Oniisan".)

  • (no subject)

    Вот кто должен был бы озвучивать лису Алису в экранизации ЗК: В параллельной вселенной.

  • (no subject)

    Наконец-то я понял, что имелось в виду под "океанами из лимонада".