February 9th, 2016

pf

(no subject)

Разговаривал с путинистом-охранителем в режиме «понимаю, сочувствую». Спросил его, а что он будет делать после Путина. И человека ПЕРЕКЛИНИЛО. То есть это был какой-то взрыв слюней на тему «нельзя даже думать на такие темы, нельзя такое говорить, такие разговоры на руку врагам» и т.п.

Ну то есть. Они там уже дошли до состояния средневековой восточной деспотии. Где реально разговор о том, что будет после смерти падишаха – страшнейшая крамола. Потому что падишах, пока он жив – вечен, да живёт он сто лет и ещё сто лет.

В свободной стране разговор «что будет после Обамы» или «после Меркель» - абсолютнейшая норма жизни. Потому что известно, что Обама просидит столько-то, Меркель – столько-то.



Потому что после Обамы будет Обама, а после Меркель будет Меркель. Может, немного другого цвета и немного другого пола.

В "свободной стране" нужно спрашивать "А что будет после демократии?". Вот тут-то их и переклинит.