September 7th, 2012

pf

Слово о курдлях

В "Осмотре на месте" есть интересное противоречие. Утверждается, что на планете Энции существуют два государства - Люзания и Курдляндия, - находящиеся друг с другом в сложных отношениях. Первоначальную информацию о планете Ийон Тихий получает одновременно из двух разных источников, связанных с обоими этими государствами, и потому она внутренне противоречива до ругани. Но в дальнейшем Тихий подробно изучает Энцию в библиотеке, и мы видим, что данные по истории и культуре относятся исключительно к Люзании. Спрашивается, а где же Курдляндия? Почему она не только ничего не рассказывает о своём прошлом, но даже не спорит сколь-нибудь всерьёз с люзанскими историками, излагая свои взгляды на прошлое их страны?

Ответ может быть лишь один: не о чем рассказывать и не с чем спорить, потому как у обеих стран одно прошлое. Курдляндия для Люзании вовсе не враждебная держава, а нечто вроде автономии, населённой разного рода панками, хиппи, растаманами и прочими неформалами, которые в скучном люзанском обществе не нашли себе места. То есть Люзания и Курдляндия - это примерно то же, что Дания и Христиания. Большая такая Христиания, существующая несколько столетий и служащая приютом для всяких интересных личностей. Собственно, основная идея Курдляндии - жить внутри животных - это ведь глубоко хипповая идея, она может прийти в голову только под веществами. Что же касается курдлей, в которых ютятся наши неформалы, то ежу понятно, что подобные животные в принципе не могли возникнуть в ходе эволюции. Тут не обошлось без продвинутой генной инженерии. (Ясно, что сочинения, которые запоем читает Тихий, повествующие о развитии жизни на Энции и происхождении курдлей - это такой прикол, "растаманские сказки", прошедшие через несколько циклов глухого телефона и принятые земными исследователями за чистую монету.)

Словом, Курдляндия - не оппонент Люзании, а всего лишь очередной её извод, боковой отросток. Подлинным оппонентом, как известно, была Чёрная Кливия, вознамерившаяся создать свой мир с благосферой и шустрами - и за эту дерзость расплатившаяся полным физическим уничтожением и не менее полным забвением.